Н.Архангельская. Депутатский мандат под залог


				Государственная Дума России
.	PRESS	.	.	Актуальная информация
				1998 год. 26 ноября

Оглашенный на прошлой неделе вердикт Конституционного суда, не согласившегося с бытующим мнением о неконституционности 5%-ного барьера для партий, расчистил путь к завершению думской работы над избирательным законодательством к новой выборной кампнии, до которой остался год.

   Чтобы окончательно утрясти правила игры, парламентариям предстоит доработать закон о выборах в Государственную думу, согласовав его с рамочным документом — законом о гарантиях избирательных прав граждан, который уже практически готов и содержит такую любопытную новацию (широко применяемую на Западе), как залог. С пресловутым 5%-ным барьером его роднит общая цель — отвадитъ от участия в выборах случайных людей и наскоро сколоченные избирательные блоки. Так, по крайней мере, полагают законодатели. Хотя залог — понятие денежное, и, отвадив от участия в выборах одних, легко можно привлечь других: располагающих денежными средствами.
   Залог — дело добровольное. Кандидату предоставляется выбор — или собирать подписи в свою поддержку или внести деньги. Можно предположить, что многие предпочтут второе, поскольку сбор подписей процедура очень хлопотная. К тому же есть опасность, что Избирком подписные листы забракует, и в этом случае кандидат сойдет с дистанции еще до голосования. Вспомним шумный скандал с «Яблоком» осенью 1995 года, когда ЦИК отказался его регистрировать. В тот раз избирательный блок выиграл дело в Верховном суде, обязавшем ЦИК допуститъ его к участию в предвыборной гонке. Но если бы подобное случилось на местных выборах, исход был бы непредсказуем. Возможно, именно это обстоятельство побудило коммунистов в конце концов согласиться с введением залога.
   Несколько лет левое большинство в Думе эту идею отвергало, утверждая, что залог облегчит достул к мандатам для денежньх мешков». Поступиться принципами их заставил случай с их соратником: во время недавней президентской кам- пании в Башкирии (по поводу которой до сих пор идут судебные разбирательства) кандидат от партии не был зарегистрирован местным Избиркомом именно под предлогом некачественных подписньх листов.
   Однако, если внимательно посмотреть на финансовую сторону нормы о залоге, то аргументы как его противников-коммунистов, так и сторонников-демократов представляются спорными. В таком виде, как он прописан в законе, залог не отпугнет авантюристов от политики — чтобы пробиться на старт, вовсе не надо быть «денежным мешком». Его предельная сумма (субъекты федерации могут своими законами ее снижатъ) определена законодателями в 80-90 тысяч рублей (около $ 5 тыс.) для выборов по мажоритарным округам и в 2 млн. (около $ 100 тыс.) — для партий и кандидатов в президенты.
   Впрочем, сбор подписей тоже давно превратился в род бизнеса: в предыдущую кампанию участникам приходилось раскошеливаться из расчета от 50 центов до доллара за избирательский автограф плюс накладные расхады. Собрать подписи малой кровью могут разве что коммунисты, имеющие в распоряжении целую армию бесплатных агитаторов. А если учесть, что одномандатник представить 10 тыс. подписей, избирательный блок — 100 тыс., а соискатель президентского кресла — 1 млн., то становится ясно, что первому и последнему залог дает возможность сэкономить и деньги, и оргусилия, а партии остаться при своих. И в этих условиях, по крайней мере, на выборах федерального уровня мучиться с подлисями больше никто не будет, в чем, кстати, есть прямая выгода для бюджета: залог неудачников уходит в казну. Правда, не всех, здесь тоже введен определенный барьер: безвозвратно теряют деньги талько партии, набравшие меньше 3%,и одномандатники — меньше 5%. Если бы эта система существовала в 1995 году, когда до 3% голосов не дотянули 33 избирательных блока, то казна обогатилась бы на 66 млн. новых рублей. Жаль, что этот прекрасный способ пополнятъ бюджет может использоваться лишь раз в четыре года.

Наталья Архангельская,
"Известия",
26 ноября 1998 г.