© web-газета «Петербургские выборы», 1999
Александр Невзоров:
Мое место на экране до сих пор не заполнено  

Ну о чем могут разговориться при встрече, с одной стороны, наш корреспондент, в недавнем прошлом ведущий популярной рубрики "Видеоряд" в газете "Сорока" Константин Горожанко и, с другой стороны, скандальный телерепортер, депутат Государственной Думы и советник петербургского губернатора Александр Невзоров, публично отрекшийся от большой политики, чтобы, по его словам, с головой уйти в большой кинематограф?
Конечно, ни о чем...

   Жизнь бывшей телезвезды далека от богемной: рабочий день начинается в полседьмого утра, телефон не умолкает ни на минуту, стены студии на Чапыгина увешаны списками кандидатов прошедших выборов, да и всем своим видом Невзоров не оставляет никаких сомнений в его возвращении в пекло политической кухни.

— Как вы оцениваете результаты питерских выборов?

— Меня они ужасно радуют. К примеру, как известно, существовал антикриминальный список. Следовательно, в противовес ему как бы существовал “криминальный”, куда автоматически попадали все, кто не вошел в первый список. Вот люди сделали выбор: из антикриминального на 50 мест в ЗАКСе прошло 12 кандидатов, а из “криминального” – 38! Это не может не радовать. Криминальной столице – криминальный парламент! Конечно, мы не являемся никакой криминальной столицей, мы вообще не являемся никакой столицей. Я неплохо знаю, что такое современная преступность. Нам далеко в этом отношении даже до Краснодара или Норильска. Уровень убитого не дает другой уровень преступности. Вообще, преступность создается не титулом или званием жертвы, а пулей, входящей в костно-мышечную ткань.

— В ходе прошедших питерских выборов многие усмотрели “руку Невзорова”. Вы согласны с этими предположениями?

— Я – консультант губернатора на общественных началах (характерная улыбка – К. Г.), без власти и влияния, без права даже совещательного голоса. Я консультирую, а если к моим советам прислушиваются – значит, прислушиваются.
   Честно говоря, мне все это неинтересно. Я взялся за “консультации”, потому что видел, как два месяца город бомбили из Москвы, смешивали с дерьмом: “Петербург – криминальная столица”, губернатор – подонок, выборы криминальные – потрясающе, но они бомбили совершенно беспрепятственно, потому что все штатные ПВО (в виде того же 5-го канала ТВ), которые обязаны были отвечать огнем, не сделали ни одного выстрела. Москвичи показали, что они в состоянии сделать за два месяца скорректированной бомбежки. В итоге есть факт: выборы скомпрометированы. Да, они состоялись, кто-то какое-то волеизъявление высказал, но сколько бы мы ни бегали с простыней по соседям, доказывая, что невеста была девственницей, на дверях все равно намалевано “б...”. Поэтому я могу и хочу помочь наладить городу систему идеологического ПВО.

— Вы рассчитываете сделать канал “Петербург” “влиятельным”?

— Влиятельным сейчас не будет ни одно телевидение. Ни один канал не вырабатывает своего главного продукта – влияния. Все музыки, церкви-купола, ностальгические рассказы про царей – все это по большому счету фигня, и никому это не надо. Если бы хоть одно телевидение сейчас обладало влиянием, то оно было бы способно вносить изменения в исторический процесс, как это было в 90-91 годах.
   Ориентация на зрителя – глубочайшая ошибка телевидения. Настоящая задача ТВ – оказание влияния на 15-20 человек в стране, способных принимать решения. А зритель – он нужен только для строчек в рейтингах, зритель не может консолидироваться ни в правовом, ни в финансовом смысле, он — вообще ничего не может. Для рейтингов пусть существуют мексиканские сериалы, да и все мы знаем, что рейтинги пишутся слабыми, любящими доллары людьми.
   Ленинградское ТВ пошло по тому же неверному пути изготовления информационного ширпотреба, с помощью которого никогда и ни на кого влиять невозможно. Сейчас на канале организована новая редакция, хорошо финансово, морально и технически оснащенная, которая отхватила себе часть эфира. ИнформТВ остается в ведении ИнформТВ, но значительную часть вещания руководство канала сочло необходимым отдать новой команде.

— Вновь появится Невзоров в телевизоре?

— Нет, не появится. Я сейчас скорее склонен создать полноценных звезд из людей, скажем так: имеющих некое стартовое имя на телевидении. Я имею в виду Борисоглебского, Чернядьева. Хочу вывести этих людей на российские орбиты – кстати, они очень удивляются и до сих пор считают, что на вершине телевизионной и общественной славы есть место только для одного-двух. Поскольку я там был, могу сказать, что там хватит места всем, там стада можно пасти.
   Мое место до сих пор не заполнено, но оно во многом было обусловлено временем.

— Вы любите слово “драматургичность”. Минувший год давал достаточно поводов для обострения драматического накала.

— К сожалению, никто не умеет эту драматургичность задать. Никто до конца не понимает, какими возможностями для этого обладает телевидение. Знаете, я минувшим летом неоднократно беседовал с руководителями правительства и предлагал простой способ решения проблемы с сидящими на рельсах шахтерами. Причем, исключительно средствами телевидения.
   Представьте: два списанных состава, взятых в МПС, на какой-нибудь ветке с грохотом пускаются под откос. Все это, разумеется, снимается, к этому добавьте тельце привезенного из какого-нибудь морга ребенка, плачущие женщины-матери, детский дом – дети, ковыряющие ложками в пустых мисках, которые не получил крупы, отправленной этим поездом... Сами же местные бабки и старики в неделю снесли бы с рельсов всех шахтеров, было бы чисто.
   Сперва мою идею очень радужно восприняли, даже велась некоторая подготовка, но потом решили – пусть себе шахтеры сидят на рельсах, не очень-то и мешают. Но суть от этого не меняется: решать такие проблемы силами телевидения – элементарно!

— Значит ли это, что ваши консультации в Питере дают основания ожидать подобной драматургии?

— Нет, здесь до драматургии еще не доросли. Думаю, это вопрос времени, скажем, месяца-двух. Я тороплюсь, скоро весна. Весна – это особое время года, время кино, я надеюсь, что сумею к тому времени довести свою консультационную работу до какого-либо конца и смогу заняться новым фильмом.

— Ожидали ли вы такой бурной реакции на ваш первый опыт в кино?

— Мне очень понравилась реакция, по количеству яростных публикаций, я думаю, мы вполне можем войти в какую-нибудь книгу рекордов. Так же, как и по количеству восторгов. Мнения разделились абсолютно полярно. Хотя меня не волнует коммерческий результат, а на мнения зрителей мне – по большому счету – вообще наплевать: на то он и зритель, чтобы смотреть то, что ему дают.

Константин Горожанко,
«Петербургские выборы», март–май 1999 года

В начало страницы «Пресса о выборах губернатора Санкт-Петербурга»
© web-газета «Петербургские выборы», 1999